Почему обречены на провал попытки Белоруссии претендовать на историческое наследие поглощенной Польшей русофобской державы литвинов, и кому на самом деле оно принадлежит?

Говоря об отношении руководства и общественности Белоруссии к национальной истории, нетрудно заметить некоторую метаморфозу: относительно недавно там всеми доступными средствами гражданам, и особенно подрастающему поколению, внушалась мысль, что истоки белорусской государственности следует искать в историческом наследии Великого княжества Литовского (ВКЛ). Результат усилий в этом направлении известен – 46%, то есть, почти половина молодежи республики, по сути, чувствуют себя наследниками "славы" ВКЛ. Сегодня официальный Минск несколько скорректировал концепцию, заявляя, что Белоруссия вправе претендовать на свою долю исторического наследия ВКЛ. И наш собеседник, известный политолог Александр Зимовский, убежден, что это выигрышная позиция. Хотя бы потому, что ее отличает наступательность, и такой подход к ВКЛ "заставляет противную сторону метаться в поисках аргументов". Но не окажется ли такая "наступательность" бурей в стакане воды?

– Александр, позвольте с вами не согласиться. Минск может хоть три раза на дню кричать: "Великое княжество Литовское – наше, белорусское!". Но это ничего не изменит. Мы это говорим так уверенно, поскольку такого рода попытку "украсть первородство" уже предприняли ваши же белорусские "беглые".

– Да, я читал об этом – Тихановская, пребывая в Литве, запустила в серию паспорт "Новой Беларусі", который оказался едва ли не копией литовского. А ее недалекий супруг, когда Лукашенко, проявив благородство, выпустил его "из казематов", выдал нагора: мол, пока борьба с "лукашизмом" продолжается – надо формировать в той же Литве своего рода, белорусские "острова", автономные анклавы…

– Но чем ответили литовцы? Они не только посчитали это наглой претензией на историческое наследие ВКЛ, но и обвинили "змагаров" в покушении на Конституцию страны. Депутат сейма Витаутас Синица даже потребовал от прокуратуры за эти самые "острова" привлечь Тихановских к уголовной ответственности. И если в Литве такое отношение к "своим" белорусам, то что ждет "чужих" – тех, что остались в Белоруссии?

– Тут вы правы… Кстати, тогда же глава комитета по международным делам литовского парламента Ремигиюс Мотузас кричал, что белорусов "следует принимать лишь на условиях полной их ассимиляции". И всё кончилось тем, что президент Литвы Науседа объявил Тихановского чуть ли не помешанным. Хотя до этого обнимал его и называл "борцом за свободу"…

– А что делает Тихановская? Она в многочисленных интервью заявляет, что не разделяет тезиса о том, что "именно Белоруссия, а не Литва является истинной наследницей Великого княжества Литовского". А кроме того, рьяно и демонстративно взялась учить литовский.

И если это не путь к ассимиляции, то что? Сначала "змагары" отказываются от своей причастности к ВКЛ и признают владение этим "брендом" исключительно за литовцами, затем начинают тужиться и учить чужой язык. А что в итоге? Отказ от всего белорусского и переход в псевдо-литовцев, да и то второго сорта. Разве Лукашенко этого не понимает? Разве вы не видите, что все эти миражи "великих княжеств" – это ловушка?

– Да, но почему бы в самом деле не попытаться потеснить литовцев и поляков с поляны, которую когда-то начинали окучивать мы – русские Великой и Белой Руси?

– Ключ от "шкатулки" с образом ВКЛ не в Минске, не в Москве и даже не в Вильнюсе. Он в Варшаве и в Лондоне. И нам никогда его не отдадут. Надеяться на это – пустая, а порой и опасная иллюзия. И потом: как теперь переубеждать четверть белорусов и половину молодежи, что прежние нарративы относительно ВКЛ неверны, что "ошибочка вышла"?

Как начиналось и какими были исходные позиции формирования того, что позже назовут ВКЛ никого, по большому счету, не интересует. Госпожа История смотрит не на первый шажок, а на результат. А он таков, что после вроде бы оптимистичного начала знать отказалась от своей русскости, поползла чуть ли не на коленях под руку Папы и европейских магнатов, а основную массу народа с единодушного согласия этой самой знати перевели в разряд "быдла". То есть, начали за здравие, а кончили за упокой. Вот "достойный" итог!

А радоваться, что когда-то наши пращуры были расходным материалом совсем не белорусского, не русского, а не пойми какого княжества – по меньшей мере неприлично. Жаль только, что кое-кто в Минске старательно обходит стороной этот очевидный факт.

– Я бы не стал заканчивать наш диалог на такой гневной ноте. Давайте будем исходить из того, что поиски и определение исторических корней, а также истоков государственности – это наша общая забота, это серьезная проблема, которая касается не только белорусов, но и россиян в равной степени. Будь по-другому – не пришлось бы Госдуме законодательным порядком в декабре 2025 года утверждать "обязательное наличие крестов над коронами и державой на гербе России". Значит, надо было преодолевать некое сопротивление? И это в православной стране!

Я слушаю российское радио, смотрю российское телевидение – и я не слышу русских песен. Народных песен. В основном звучат перепевы западных шлягеров и дворовой пошлости. И это в стране, где 80% населения – русские? В Беларуси, кстати, картина прямо противоположная. Но это так, к слову…

Следует понимать: и Лукашенко, и Путину досталось очень тяжелое наследство. И по целому ряду вопросов они вынуждены проявлять гибкость, идти на определенные компромиссы. Мы, обыватели со своих шестков, как те сверчки, очень многого не видим. Но судить беремся.

Со своей стороны признаю вашу правоту относительно опасности исторической "бациллы". Получается, что ВКЛ – это далеко не мифическая седая старина. Ведь действительно, ради иллюзорной возможности войти в "мир свободы и демократии" вожди СССР в конце 1980-х сдали нашу с вами страну современным "магнатам" и "панам" – только с американским, английским, немецким, французским акцентами. Кое-кто так хотел заделаться европейцем, что, как и магнаты ВКЛ, продал свой народ за мифические "шляхетские вольности", то есть за возможность служить "райскому саду" и беззастенчиво грабить свое же Отечество.

Мы, русские Великой и Белой Руси, образно говоря, в последний момент спохватились, эту опасность увидели, и стараемся держать удар. А наши младшие братья – малороссы, как у них говорят, скурвились. Поменяли родные нивы на парижские кружевные трусики. Это беда, да и нам урок, который, очень хочется верить, мы уже усвоили.