Сейчас президенту США приходится выбирать только из плохих вариантов: свернуть боевые действия, признав поражение, или, наоборот, усилить натиск, рискуя погрузить Штаты и весь мир в хаос

На этой неделе исполнится месяц с начала войны на Ближнем Востоке. Развязывая ее, США и Израиль изначально закладывались на некое подобие венесуэльского сценария: сейчас мы быстро ликвидируем первых лиц Ирана, а пришедшие им на смену люди под давлением недовольной режимом толпы пойдут на выгодную нам сделку. Тель-Авив избавляется от иранской угрозы, а Вашингтон берет под полный контроль богатый энергоресурсами регион, превращаясь в неоспоримого доминатора на мировых рынках. Однако уже очевидно, что такой план с треском провалился. Несмотря на регулярные "переможные" заявления Трампа, коих он сделал уже больше десятка, ничто не указывает на близость поражения Ирана. Наоборот, это скорее персов можно сегодня считать выигрывающей стороной: они наносят все более болезненные удары по противнику, успешно ведут информационную войну, контролируют трафик через Ормуз и даже умудряются получать доходы от своего нефтяного экспорта. Штаты же стремительно приближаются к цугцвангу, когда любой ход лишь ухудшает их положение…   

Война против Ирана стала проявлением новой геополитической стратегии Трампа по сохранению глобального доминирования США через установление контроля над наиболее богатыми энергоносителями регионами. Ее реализация позволила бы американцам получить эффективный рычаг давления на своих основных конкурентов в лице Европы и Китая, заставив первую отказаться от любого фрондерства в отношении "папочки", а второй резко поумерить амбиции, признав первенство Штатов.

Первый акт, разыгранный в январе в Венесуэле, оказался для Вашингтона весьма успешным, позволив убрать из Каракаса строптивого Мадуро наложить лапу на местную нефть, а заодно приблизить решение кубинского вопроса. Однако иранская эпопея быстро помножила эти достижения на ноль.

Силы, которые янки привлекли к нападению на ИРИ, оказались явно недостаточны и близки к исчерпанию. Европейские и азиатские союзники не горят желанием втягиваться в заваруху на стороне гегемона, ограничиваясь в лучшем случае символическими жестами. Чтобы избежать коллапса на энергетических рынках, приходится снимать санкции с российской и иранской нефти. К тому же война оказалась крайне непопулярна в самих Штатах, делая шансы республиканцев сохранить доминирование в конгрессе по итогам ноябрьских выборов всё более призрачными.

Дальше действовать по принципу "пусть всё идет, как идет" означает только ухудшать ситуацию, и в этих условиях у Трампа остается, по большому счету, лишь два выхода. Первый – прямо сейчас сворачивать боевые действия, объявив о своей полной и безоговорочной "перемоге", как советуют президенту некоторые члены его команды. Да, и он сам регулярно намекает на такой исход, зондируя реакцию американцев и мирового сообщества.

Однако по факту это будет равнозначно успеху Ирана, который, получается, сумел взять под контроль Ормузский пролив, а Штаты никак этому не помешали. Объявленная Трампом победа никак ситуацию не изменит, и кровно заинтересованные в возобновлении транзита монархии Персидского залива и европейцы будут вынуждены договариваться именно с Тегераном, соглашаясь на его условия. И диктовать их персам поможет сам факт того, что они выстояли в противостоянии с самой могущественной державой.

Неизбежным следствием этого станет полное обнуление влияния США в ключевом регионе планеты, хотя исходная цель Вашингтона состояла в том, чтобы сделать его абсолютным. И никакой антикриз в СМИ здесь не поможет, чтобы ни придумали в качестве доказательств "безусловной победы" Трамп и его советники. По факту это будет колоссальным стратегическим поражением Штатов, превосходящим по масштабам и последствиям позор Вьетнама и Афганистана.

Это ставит на повестку второй вариант – продолжать войну, наращивая ее интенсивность. Наносить еще больше ударов, всячески пиаря их эффективность, убивать еще больше иранских руководителей, поднимать бунты в ИРИ, втянуть в боевые действия страны Залива и заставить натовцев тоже участвовать в замесе, наконец, попытаться захватить Харк или точечно высадиться на побережье. В общем делать всё, чтобы заставить Тегеран принять устраивающие Трампа условия, которые не только дадут ему основания говорить о реальной победе, но и заставят поверить в это других.

И если Штаты действительно упрутся, продемонстрировав готовность реально заплатить соответствующую цену, это у них вполне может получится: всё-таки потенциалы противников по-прежнему несопоставимы, а армия США считается сильнейшей в мире (по крайней мере, пока не доказано обратное).

Проблема в том, что у такого сценария полно рисков, ставящих весь план под угрозу. Здесь на первом месте неготовность американского общества к массовым потерям, которые неизбежны при наземной операции, требующей десятков, а то и сотен тысяч "сапог на земле". Пока всё ограничивается дистанционными ударами, в Штатах относительно спокойно, но когда с Ближнего Востока потоком пойдут цинковые гробы, и так наэлектризованная страна может легко взорваться, выплеснув своё недовольство на власть.

Интенсификация войны также больно ударит по разбалансированной экономике США, породив новый виток инфляции, взвинчивание цен и рост госрасходов, что также скажется на настроениях граждан. И отнюдь не в пользу Трампа. Про реакцию мировых рынков на неизбежный дефицит энергоресурсов и вовсе говорить не приходится.

Нельзя сбрасывать со счетов и хаотизацию геополитической ситуации, грозящую распространением конфликта за пределы региона. Это сейчас Иран противостоит агрессорам фактически в одиночку, но что произойдет, если начнутся масштабные боевые действия на суше, не рискнет предсказать никто. Тут и до третьей мировой будет рукой подать.

Вариант же сохранения статус-кво – продолжать в том же режиме – Штатам категорически не подходит, поскольку не дает результата, лишь усиливая позиции персов и подтачивая рейтинг республиканцев.  

Так что реально Трампу сегодня не позавидуешь. Выбирать ему приходится между плохим и плохим, и нельзя уверенно сказать, какой вариант хуже. Впрочем, есть еще один: срочно изобрести машину времени, перенестись в конец февраля и не отдавать приказ о начале иранской авантюры. Жаль, что это из области ненаучной фантастики – мистеру Дональду он бы подошел лучше всех остальных.