Вторник, июня 19, 2018

О пользе коммерческого подхода к советскому прошлому

Недавно появившаяся в продаже очередная книжка Бориса Акунина (Григория Чхартишвили) про приключения сыщика Эраста Фандорина была заранее обречена на успех. Да и то сказать – «наш российский Шерлок Холмс» в романе «Не прощаюсь» должен был повторить литературную судьбу своего английского прототипа, которого беллетрист Акунин вроде бы уже «убил» в предыдущем опусе «Чёрный город», но… вынужден был уступить пожеланиям публики, и в очередном романе Фандорин «воскрес».
Правда, ненадолго, чтобы снова погибнуть в огне гражданской войны в России.  

Книжка получилась ничего себе – забавная… Причём, не только в смысле литературных достоинств и закрученности сюжета (как к её автору ни относись, но в живости слога Акунину-Чхартишвили не откажешь), сколько в расстановке акцентов, обычно данному беллетристу не свойственных.
Однако сперва о сюжете. В «Чёрном городе» автор «убил» Эраста Фандорина вроде бы окончательно и бесповоротно, - пулей в голову. Это тебе не Рейхенбахский водопад, после такого исхода героя так просто не воскресишь…
Однако Акунин-Чхартишвили из ситуации вывернулся не без изящества: сделав ранение в голову не смертельным, хотя и очень тяжёлым. Впавший в кому Фандорин пролежал в бесчувственном состоянии под попечением верного слуги Масы и Первую мировую войну, и две революции… и пришёл в себя только в марте 1918-го.
После этого, собственно и начинаются очередные приключения. «Белая» их часть откровенно списана со знаменитого советского телесериала «Адъютант его превосходительства». По ходу дела Фандорин сталкивается и с анархистами, и с «зелёными», и к белым попадает, в общем-то, случайно...  
И «красные» в итоге оказываются для читателя как-то симпатичнее, чем «белые».
Такая авторская позиция для писателя-«белоленточника» Чхартишвили очень не характерна. Во всяком случае, в прошлых его романах революционеры были фигурами однозначно мерзкими, а «белые рыцари» – совсем даже наоборот.
Отчего же вдруг такая смена точки зрения? Неужели, живя за границей, антикоммунист и русофоб Чхартишвили вдруг перевоспитался? Да быть того не может…
Совершенно верно – не может. Но нужно ведь иметь в виду, что беллетрист Акунин-Чхартишвили – это не Лев Толстой, и даже не Мамин-Сибиряк или Сухово-Кобылин. В том числе и в том смысле, что фамильных имений и наследственных состояний у него нет, и жить приходится исключительно литературным трудом.
А литература связана со вкусами публики, которые имеют свойство меняться. Если в 1980-е и 1990-е «на ура» раскупались разнообразные «дети Арбата»  и «альтернативные истории» про то, как было бы хорошо в России без большевиков, то сейчас всё поменялось. Мечтания относительно хруста французской булки в лилейно-белой России спросом не пользуются. Вот и Елена Чудинова, в прошлом году сочинившая «альтернативку» на эту тему, соврать не даст.
Ну, а коли так, то надо беллетристу, желающему заработать, чувствовать настроение и держать нос по ветру. В этом умении Акунину-Чхартишвили никак не откажешь. И если требуется успех и продажи, то извольте: в тексте появляются сцены, в которых «белые рыцари» самым садистским образом пытают попавших им в руки «большевиков», а «красный Фандорин» (в прошлом – царский офицер-контрразведчик Алексей Романов) внедряется в белогвардейский заговор и… не справляется с задачей его полного искоренения исключительно по причине не вовремя проявленной гуманности.
И даже самые зверские дела «красного подполья» (вроде покушения на белого главкома в виде взрыва в сиротском приюте) впоследствии оказываются на самом деле результатом разборок среди самих «белых рыцарей»…
Дочитав очередное творение Акунина-Чхартишвили, неминуемо ловишь себя на мысли, что, в принципе, этот текст мог бы быть написан, опубликован и экранизирован ещё лет сорок назад, и тоже имел бы успех у публики. И это хорошо. Значит, публика выздоравливает.

Новость дня

Новые пошлины для интернет-покупок



Федеральная таможенная служба предложила облагать пошлиной покупки любой стоимости в зарубежных интернет-магазинах. Инициатива направлена в Минфин.

Подробнее...

Заметки народного политолога

Ну, а что вы хотели…



Вот, нынче все пенсионный возраст обсуждают. Вернее, его повышение, - чтоб «на дожитие» много времени не осталось. Пара-тройка лет – и точка…
Некоторые особо несознательные уже и челобитные президенту пишут: мол, не губи, милостивец, дай ещё чуток воздухом свободы подышать.
В обществе налицо массовый когнитивный диссонанс. Публика уже без малого три десятка лет живёт при капитализме, к которому стремилась ещё в эпоху «раннего диссидентства», а всё ж таки продолжает ощущать себя в социализме-тоталитаризме с его бесплатной медициной и пенсиями, на которые можно  было пожить, вдыхая воздух несвободы, весьма продолжительное время.

Подробнее...
Мундир



Знаем, видели: главный начальник нашего государства не прочь иногда облачиться в военную форму. А тот, кто этому факту до сих пор удивляется, просто ничего не смыслит ни в истории, ни в политике.
Во времена, не столь отдалённые, не только советники тайные да статские, но даже простые колежские асессоры – все, как один, в мундиры одевались. Но не оттого, что вкуса индивидуального не имели. Порядок такой был. Пусть даже у некоторых на обновление того облачения и не всегда хватало жалования. А почему так было? Правильно. Потому что мундир – это всегда серьёзно.

Подробнее...
Чтобы мощные понесли немощных (из монологов юродивого)



Брат мой!
Ты властвующий. Расскажи мне про высоту твоей власти, и я тебе открою бездну твоего небытия.
Ты видел американские каньоны? А знаешь, как они появились? Некогда бурная река разделила сушу и, опускаясь всё ниже и вымывая породу, разделила материк пропастью. Люди заглядывают в неё с головокружительной высоты, но никому в голову не придет, что то место, где стоят они, и противоположные скалы – одна земля.
Твоя опора – это один народ. Но когда пропасть между бедными и богатыми велика, нет возможности соединить эти берега.

Подробнее...
Нехорошая картина



Пишут вот, что опять на картину Ильи Репина «Иван Грозный и его сын Иван» в Третьяковке покушение случилось. Некий непьющий принял на грудь наркомовские 100 граммов, подошёл к картине и возмутился её содержанием. Потом взял столбик ограждения и картину изрядно подпортил.
С этой персоной опять незадача. Первый раз по ней иконописец-старообрядец, сын мебельного фабриканта три раза ножом прошёлся. Случилось сие 6 января 1913 года. Так что пришлось художнику лица своих персонажей заново переписывать.
Узнав о порче картины, хранитель Третьяковской галереи Е.М.Хруслов под поезд бросился, словно Анна Каренина…

Подробнее...
Яндекс.Метрика