О «бездействии» Красной Армии под Варшавой

До хрипоты и стахановских мозолей на языке уверяют нас польские политики-историки и наши либеральные говоруны, что в 1944 году, стоя под Варшавой, Красная Армия «позорно бездействовала», стояла и смотрела, как сражаются и истекают кровью повстанцы Варшавы.
Чтобы понять всю глубину «позора», лучше всего подходит книга Фея Вилли «Танковые сражения войск СС». Её автор много лет собирал воспоминания немецких танкистов. Там есть свидетельства участников боёв из танковых дивизий СС «Викинг» и «Мёртвая голова» (обычно их вспоминают в связи со сражением под Прохоровкой в июле 1943-го).

Как известно всем либеральным личностям, летом 1944 года Красная Армия в очередной раз «провинилась» перед поляками. Их подпольная Армия Крайова проявила чудеса «самопожертвования», приняв решение не беспокоить немцев всякими глупостями с пальбой и диверсиями на железных дорогах, а годами «держать оружие у ноги» и делать свой подпольный  бизнес. Лишь при появлении советских войск надлежало надеть заготовленные мундиры, вооружиться и изобразить перед москалями сцену: «Мы тут так воевали, так воевали…»
К началу августа командованию Армии Крайовой показалось, что время пришло. 1 августа в Варшаве началось восстание. Но Красная Армия всё не приходила. Она вела ожесточённые бои на варшавском направлении с немцами, задействовавшими там свои лучшие части – танковые дивизии СС...
В августе 1944 года под Варшавой «Викинг» и «Мёртвая голова» дрались не хуже, чем на Курской дуге, исполняя роль «пожарной команды». Только очень дорогой ценой давалось им эта роль. Фей Вилли пишет: «Потери в людях и технике были ошеломляющие...»
Было отчего эсэсовцам-танкистам нести такие потери. Их воспоминания нашпигованы сообщениями о прорывах русских то тут, то там, и про то, как погибали их камрады: кто в танке сгорел, а кому ноги оторвало, и что просил передать роте её умирающий командир...
Потери в командном составе были особенно велики. Дело доходило до того, что врача пришлось использовать в роли суррогат-офицера и просить его обеспечить отход штаба.
Можно посоветовать тем, кто в очередной раз услышит мантры про «бездействие» Красной Армии под Варшавой: откройте эту книгу и прочтите, например: «Танк выглядел ужасно. В него бросили несколько подрывных зарядов, и машина потеряла гусеницы. Ферстеру оторвало ноги. Он сказал мне: «Гауптштурмфюрер, я готов… Отвоевался…».
Что сказал бы этот Ферстер о «бездействии» Красной Армии, если бы дожил до озвучивания польского «исторического» бреда?
Прочтите описания того, как подорвал себя припрятанной гранатой наш пленный боец, и как взрывали себя не желающие сдаваться эсэсовцы, как горела земля на полях сражений. Любопытная манера «бездействовать» была у Красной Армии, кто ещё так умеет…