Среда, апреля 25, 2018

Формула русской государственности (часть 4)

Третий элемент государственности – местное самоуправление. Едва ли будет преувеличением сказать, что наибольшее значение за всю истории нашей страны органы местной власти имели опять-таки во времена Иоанна Грозного. Роль их резко возрастала во времена смут. Фактически они вынесли на себе тяжесть распада русского государства в период самозванчества. Не до конца выяснена и роль советов в период Гражданской войны, когда силы центральной власти оказывались не в состоянии контролировать страну или то, что от неё оставалось.

С упрочением центральной власти роль местного самоуправления вновь резко «умалялась». В поздние советские времена на каждом съезде КПСС в качестве привычной мантры звучал тезис о «необходимости повышения роли местных советов». Однако воз оставался по-прежнему там, где и был. Ситуация с местным самоуправлением едва ли не ухудшилась после принятия конституции РФ. Свидетельства тому – «бессмысленные и беспощадные» попытки привести ситуацию к единому знаменателю.
Дабы не пахло духом советской власти, «отцы-писатели» нынешней Конституции лишили органы местного самоуправления статуса органов государственной власти. Бумага в очередной раз всё стерпела: дух выветрился, проблемы остались.
Подведем итоги. Сквозной формулой государственности России становятся сильная личная власть главы государства, законосовещательные органы народного представительства и пребывающие в «ничтожестве» органы местной власти («самоуправления»).
Нетрудно заметить, что нынешнее положение дел, не говоря уже о предыдущих советских временах, воспроизводит тысячелетнюю доминанту русской монархии.
В истории политической и правовой мысли рассуждения о достоинствах и недостатках наследственной монархии в её сравнении с республикой/демократией занимают одно из главных мест. И аргументов в пользу монархии оказывается отчего-то куда больше, нежели в пользу республики/демократии. Дело, однако, заключается в том, что с известных пор говорить о преимуществах монархии перед прочими формами правлениями стало «немодным», по чисто политическим соображениям.
Заговору против монархии уже несколько веков. И причина его не в любви заговорщиков – идеологов и практиков – к «народоправству», но в их стремлении к власти, обретение которой в условиях монархии было для них делом невозможным. Надо отдать им должное: «товарищи» (известный масонский термин) работали на долгую перспективу.
Преимущества же монархической формы правления очевидны. Так, сама собою решается проблема с преемником, на которой ломают себе шею вожди и диктаторы, отчего-то никогда не поспевающие обеспечить себе желаемого продолжателя своего курса. Кроме того, обеспечивается длительность правления. А входить в курс дел по управлению такой страной как Россия, неизбежно приходиться долго. Оттого и править в ней нужно долго, без оглядки на очередной «выборный сезон». Кстати, не показательно ли, что русское слово «государство» производное от «государя»?
В иных языках понятие «государства» описывается в совсем иных терминах. Да и история этого сугубо лингвистического вопроса наводит на многие размышления. А ведь известно, что бытие живет в языке.
Разумеется, обсуждение темы перспектив монархии в России может легко соскользнуть в формальную плоскость, что было бы даже вполне естественно: ну, чем, спрашивается, отличается избираемый на пять лет король в Малайзии от избираемого же на пять-шесть лет президента?
Или: в чём отличие «вечного» («бессрочного» – «так сложилось исторически») президента (покойного Дювалье, к примеру, или Стресснера) от короля Дании?
Давайте же признаем, наконец, что президентство – штука ненадёжная. Простой пример: приходит новый президент США в свой Овальный кабинет и начинает знакомиться с передаваемыми ему делами. Но кроме бывшего президента дела ему на ознакомление несут чиновники, имеющие своё руководство и «дававшие подписку». И знакомят его с делами, с которыми ему «положено» (кем?!) ознакомиться. Строго в рамках инструкции. И едва ли новый президент будет в курсе всего. На всё свои порядки: инструкции, параграфы, и т.п., а таких чиновников немало. А над ними свои начальники.
Известна же ситуация с Карибским кризисом: Кеннеди в последний момент понял, что Хрущеву известно про Америку нечто, что не известно было и не доложено ему – самому главному начальнику Америки. И не было доложено не то, с кем флиртовала в последний раз его подружка Мэрилин Монро, а нечто такое, из-за чего может начаться атомная война. И теперь представьте себе его положение…
И кто в такой ситуации главный? Он, президент Кеннеди, или некто, вводящий (или не вводящий) его в курс дел?
Кстати, а кто-нибудь уверен, что новый президент США уже ознакомлен с переданными ему по описи делами? Бонапарту, между прочим, тоже предлагали президентство, однако он подобную «инициативу с мест» пресёк на корню: «Я не свинья, чтобы меня зарезали по осени!»
Понимал человек, что к чему. И это удел всех президентов.
С монархом все иначе. Его не только вводят в курс дела, но и сам он эти дела создает и следит за тем, чтобы в них никто не вмешивался. Он становится главным и определяющим. Даже если он и «конституционный». Потому что он один получает всю полноту информации и связан формальными и неформальными узами со своими «элитариями». И было бы наивно полагать, что полномочия его прописаны исключительно в «конституции». По «конституции» ни одна страна в мире не живет и жить не может в принципе, ибо «конституция» – это всего лишь набор неких формальных правил и процедур, но никак не существо и содержание государственной и политической жизни.
Что же касается избираемых президентов, то как-то забывается, что народ избирает их из числа тех, кого ему предлагают. А в современных условиях пропуском в их число является посредственность (милая или не очень – другой вопрос), а также способность и готовность кандидата чётко исполнять приказы тех, кого мы не выбираем и даже их имён не знаем. А если и избираем, то не факт, что того, кого следовало бы. Похоже, что история хождения товарища Ельцина во власть если кого-то чему-то и научила, то далеко не всех и не всему.
Одним словом, монархия, эта формула бытия государственности в России. А если учесть, что государство есть организационно-политическая форма бытия народа, имеющего свою историю, традиции, «культурные коды», то становится понятным, отчего чужеродные модели, ориентированные на иную антропологию, не приживаются на русской почве.
Со времен Платона и Аристотеля в теории существует традиция различения «правильных» и «неправильных» форм государства. И посему задачей теоретиков и практиков становится не поиск «наилучшей формы правления», пригодной во все времена для всех народов, а методическое и неуклонное улучшение «правильных» форм государства и недопущение их превращения в «неправильные».

Заметки народного политолога

«Эх, российская дорога…»



Восточной Европе, и особенно Прибалтике, сильно повезло. Теперь у них дороги хорошие будут. А всё потому, что из-за океана пришло указание эти самые дороги улучшить – укрепить и расширить.
Тьфу! Чуть было не сказал, как Горбачёв, «углубить», с ударением на втором слоге…
Дороги нужны танкам американским, которые у наших границ. Они сюда, как известно, добрались почти без потерь, если не считать, что в дороге слегка повредились. А кое-какие и вовсе не доехали…
Зато теперь, как обещали в Пентагоне, всё будет хорошо.

Подробнее...
Либеральный элемент на фоне реальной войны



Война информационная, война экономическая, просто война…
Это реальность, причём, ежедневная, без выходных и перерывов на праздники. И вот уже у нас нет-нет да и сравнивают Россию и Израиль. Точнее, вспоминают известную формулу, бытующую в Израиле независимо от того, какая по счёту война на дворе: «Мы – воюющее государство».
Ну да, воюющее. А мы чем хуже? Нам тоже не слабо…
Вот тут и начинается «засада». У большинства наших сограждан слово «война» особого ужаса не вызывает. Да, война – это плохо и тяжело, но всё же знакомо, хотя бы на уровне исторической памяти: «Впереди враг, рядом свои, и наше дело правое…»

Подробнее...
Бабищи в штанищах



Я всегда был за раздельное обучение. Это чтобы в школах мальчики и девочки – отдельно друг от друга. Как во времена наших государей-самодержцев.
Любой «продвинутый» психолог-социолог-сексопатолог, а тем более серьёзный педагог (есть ещё такие) подтвердит, что это правильно, и что сухом остатке должно быть следующее: мужчин нужно растить и воспитывать мужчинами, а женщин – женщинами. То есть всё-таки отдельно друг от друга.
Это, кстати, и одежды касается. А то, как говорили наши не совсем давние предки, бабища в штанищах – это как-то уж совсем не комильфо.

Подробнее...
«Царствуй на славу!..»



Президент Путин уж неоднократно от должности царя открестился. Мол, неправильно меня так называть, не царь я вовсе…
А вот и плохо, что не царь. И никакие ВЦИОМы не могут измерить меру, степень и глубину скорби народной, что разливается при тех президентских словах по просторам Отечества.  
Как так – не царь?! А мы, значит, опять без царя?! Да сколько ж можно! И, значит,  через несколько лет – опять выборы-перевыборы, и опять всё снова-здорово…   
В общем, так дело дальше не пойдёт. Ибо не имеет никакого значения, что там о себе думает глава государства в конкретный исторический момент. А имеет значение только то, что думает наш народ, который, почитай, уж второй век без царя мяется.

Подробнее...
Яндекс.Метрика