Вторник, мая 22, 2018

Из эксклюзивного цикла «Маленькие комедии Третьего рейха»

Гиммлер не сразу стал той зловещей фигурой, которой опасались даже в ближнем кругу фюрера.
В создании своей репутации Гиммлер проявил фантазию и одновременно точный расчет. Он не втирался в доверие к Гитлеру, не маячил у него на глазах, не подгребал под себя руководящие посты, как это делали остальные. Он редко находился в том же городе, где  в это время находился вождь рейха, а держался на отдалении и планомерно, с редким упорством окружал своё имя ореолом таинственности.

Гиммлер очень любил старинные рыцарские замки. Чаще всего он посещал их по служебной необходимости или навещая кого-то из нужных ему людей. И никогда не упускал случая побродить по похожим на тоннели коридорам, спуститься в круглые колодцы, постоять возле бойниц…
И непременно – в полном одиночестве. Охране, адъютантам он запрещал за собой следовать, шутливо поясняя, что никого не встретит, кроме привидений, а с ними у него  «духовный контакт».
Родовое имение Шуленбургов под Вольсфсбургом привело рейсфюрера в восторг. Нечто подобное он желал бы иметь в своей резиденции, в Вевельсбурге. И как-то поздним вечером, пожелав хозяевам спокойной ночи, Гиммлер отправился побродить по замку. Для него это был отдых, желанный уход от плоской реальности в романтические глубины своих полуфантазий-полуснов.
Гиммлер постоянно менялся; трансформации в нем шли столь стремительно, что даже близкие к нему люди не понимали того, что в конце 1937 года рядом с ними находился уже во многом другой человек нежели еще пару лет назад.
Гиммлер был фантазер и сочинитель, о чём мало кто ведал. Он так выстраивал свои бастионы, что оказывался неуязвим для самых свирепых и хитроумных атак, ибо враги его часто били в пустоту. Он же умел выскользнуть змеёю или обратиться в прах под пятой властелина, чтобы затем вырасти скалой, о которую сломаются самые закалённые мечи.
Гитлер к романтическим причудам своего «верного Генриха» относился насмешливо, однако в «епархию» рейхсфюрера СС не вмешивался.
Той осенней ночью 1937 года, прохаживаясь по галереям замка Шуленбургов, Гиммлер наслаждался самой атмосферой, царящей под его сводами: запахом сырого камня, дуновениями каких-то ветров, загадочными звуками, словно вырывающимися из-под каменных плит… Он ощущал себя медиумом, призванным соединить ушедший мир былой славы тевтонцев с рождающимся миром будущего величия СС. И если бы вышло к нему привидение, он озаботился бы лишь тем, как бы его не напугать…
Но вот внезапно воплотилось то, о чем он бредил бессонными ночами; он явственно увидел… привидение. Оно плыло к нему навстречу, в латах, с приподнятым забралом… и глаза его горели.
И Генрих Гиммлер схватился на пистолет.
Грохнул выстрел, эхом прокатившись по коридорам. Привидение, нелепо взмахнув руками, повалилось на спину, громыхнув латами. Пуля легко пробила средневековую защиту и вошла точно в сердце… одному из близких друзей рейхсфюрера, решившего порадовать его встречей, о которой тот мечтал.

Заметки народного политолога

«До Воркуты идут посылки долго…»



Заходим мы давеча с участковым Ёлкиным в наше сельпо (со служебного входа) и видим, как продавщица Люська одной рукой слезу платком утирает, а другой – в ящик всякое нужное кладёт: спички, мыло, тёплые носки, гречку…
- Ты, Люсьена, к войне, что ли, готовишься, али облагодетельствовать того, кто на зоне чалится? - спрашивает ее Ёлкин в шутливом тоне.
- Ему, вот, собираю, сердечному, - говорит Люська и кивает на висящий в глубине подсобки портрет.
Глянул я, а это портрет… нет, не девка срамная там изображена, не звезда Голливуда мужеского полу, а сам Герман Греф – начальник всего Сбербанка. Нет, конечно же, у каждого свои идеалы, но не до такой же степени!

Подробнее...
Нам не дано предугадать, как наше слово отзовётся



Свободный интернет – дело, конечно, серьёзное и для всех важное. Ради этого и на демонстрацию выйти можно, кричалки покричать, плакатиками помахать…
Только на это вот что скажу. Побывал я давеча в одной частной фирме, большинство сотрудников которой молодые женщины, приехавшие в Москву. Газет они не читают, телевизор смотрят лишь на ночь (сериалы). Интернет же используют по назначению: кулинарные рецепты и погода. Всё.

Подробнее...
Ужасное в малом



Приходит из школы Николка, внук нашего конюха Пантелеича – и даже не с «двойкой», а с форменным «колом» по русской литературе в дневнике. Весь зарёванный. И всё прямо как по Черномырдину: «Никогда такого не было, и вот опять!»
Расписывается Пантелеич в дневнике, снимает ремень и начинает направлять своего внука на путь просветления. И, выпоров Николку для его же пользы, читает вслух его сочинение «Борис Годунов», за которое учительница русского языка и литературы родителей в школу вызывает.
Читает Пантелеич сочинение, а у самого очки на лоб лезут. Для ясности даю краткий пересказ николкиной версии пушкинской трагедии.

Подробнее...
Облом «всесильного и верного»



Приехал тут к нам из столицы какой-то политолог. Дом решил прикупить.
Выяснилось, что в прошлом он сотрудник института марксизма-ленинизма, а ныне воспитатель юношества, и работает в каком-то запредельно дорогом и престижном вузе, где сцеживают ученые сливки для высшего общества.
Но нам, политологам не на окладе, а по необходимости, абы кого соседом иметь не резон. Посему собрались наши мужики и решили выяснить, кто он и чем дышит. А для этого попросили его прочитать лекцию о науках и их перспективах в условиях, максимально приближённых к боевым.

Подробнее...