Суббота, февраля 24, 2018

Си Цзиньпин хочет стать новым Мао Цзэдуном

Почему Си Цзиньпин не хочет покидать политическую сцену (Часть 1)

Прошедший XIX съезд Коммунистической партии Китая (КПК) привлёк повышенное внимание многочисленных зарубежных экспертов и ведущих СМИ. Это, в общем-то, вполне естественно для проходящего раз в пять лет форума крупнейшей политической организации мира, насчитывающей в своих рядах под девяносто миллионов членов.
Однако на сей раз интерес к нему был отнюдь не дежурным. Смысл публикаций и комментариев сводится к тому, что нынешний глава страны Си Цзиньпин использовал съезд для укрепления своих позиций и, по всей видимости, собрался, вопреки правилам, продлить свое пребывание у кормила власти за рамки предусмотренного десятилетнего срока.

Некоторые обозреватели посчитали это тревожным симптомом, усмотрев в действиях товарища Си чуть ли не попытку установить режим единоличной власти, вернувшись к временам «великого кормчего». 
Согласно неписанной традиции, утвердившейся в Китае еще в 1980-х, проходящие раз в пятилетку партийные хуралы имеют чёткий, хотя и нигде не зафиксированный регламент. На съездах, имеющих чётные номера, происходит ротация первых лиц государства – генсека ЦК КПК и премьера госсовета. Так было, например, в 2012-м, когда после XVIII съезда связку Ху Цзиньтао – Вэнь Цзябао в плановом порядке сменил тандем Си Цзиньпина и Ли Кэцяна. Соответственно, на нечётных съездах обновляется кадровый состав руководящих органов компартии – Политбюро и его Постоянного комитета (ПКПБ), в которые кооптируются преемники нынешних лидеров. Как правило, это сравнительно молодые партийные функционеры в возрасте до 60 лет, и их имена становятся известны заранее.
Такая схема стала результатом негласной договоренности внутрипартийных группировок, которая была призвана обеспечить сменяемость высшего руководства и не допустить возрождения культа личности. Ее автором считается Дэн Сяопин, сам немало претерпевший в годы правления Председателя Мао. Отец китайской экономической реформы подал личный пример соратникам, к 1992-му добровольно оставив все высшие посты в партии и государстве, но до самой смерти сохранив колоссальное неформальное влияние на ситуацию во властных коридорах Чжуннаньхая.
Изобретенная товарищем Дэном модель ротации высших руководителей вполне успешно функционировала на протяжении тридцати лет, в течение которых в КНР сменились четыре поколения первых лиц. Однако, несмотря на очевидную позитивную роль для обеспечения стабильности и преемственности, со временем у этой схемы выявились существенные недостатки.
В частности, она оказалась не достаточно гибкой в условиях перманентных преобразований, происходящих в Китае, и новых вызовов, непрерывно встающих перед страной, которая в последние годы обоснованно претендует на мировое лидерство. Получалось, что каждый новый генсек ЦК КПК должен был рассчитывать стратегию своих действий строго на десять лет, не будучи уверенным в том, что его курс не претерпит изменений при преемнике.
Чтобы обезопасить собственное наследие и, хотя бы на время, сохранить заданный вектор развития, покидающий высшие посты руководитель стремился пропихнуть в Политбюро и ПКПБ как можно больше своих ставленников. Следствием этого становилась ситуация, когда новый лидер как минимум до следующего съезда был вынужден работать в окружении людей из команды предшественника, нравились они ему или нет. А вроде бы ушедший на покой бывший руководитель продолжал влиять на процесс принятия важнейших решений, не неся за это никакой ответственности.
Это, в свою очередь, создавало предпосылки для обострения внутриэлитных конфликтов. Ведь несмотря на декларируемое единство, в руководстве китайской компартии после Мао шла непрерывная подковерная борьба между различными группировками – «комсомольцами», «наследниками» (так называли отпрысков лидеров компартии первого поколения), «шанхайцами», «шэнсийцами» и прочими, которые путем закулисных интриг стремились упрочить или сохранить свое влияние. 
До поры до времени крайностей удавалось избегать, но самой проблемы это не отменяло. 
И вот сейчас товарищ Си пришел к выводу, что пришло время устоявшуюся схему поменять. Проведённые им на съезде кадровые решения, по мнению многих экспертов, вкупе с иными действиями генсека очень похожи на аппаратную революцию, которая может иметь далеко идущие последствия как для Китая, так и для всей планеты.      

Заметки народного политолога

Вор должен сидеть в тюрьме



Каждый раз, когда с нецерковным или даже с неверующим человеком заходит речь о Промысле, о Боге, то чуть не с первых слов начинается многострадальный рассказ: «Вот, олигархи воруют и живут припеваючи, а где ваш Бог…»
Понятно, конечно, что это в человеке говорит исключительно смертельная жажда по мановению Божию оказаться на месте олигархов – тогда он, пожалуй, разок готов признать, что где-то там что-то есть.
Но речь не об этом. Ведь именно типическое житие человека, который украл много денег, является совершенно ясным свидетельством действия Промысла. Ибо понеже вор должен сидеть в тюрьме. И первое, что делает человек, укравший много денег – это сам строит себе тюрьму.

Подробнее...
Игра в «олимпийский напёрсток»

Ну вот, нечаянная радость: я выиграл на спор несколько бутылок коньяка. С политологами спорил, с «дипломированными». Спорил, что, несмотря ни на что, все эти МОКи и спортивные арбитражи «умоют» наших спортсменов перед самой олимпиадой.
Мы, вообще-то, до 1952 года спокойно и неплохо жили. На здоровье не жаловались. Почти каждый мужик легко пудовую гирю выжимал. Про баб и говорить нечего: они и коня на скаку тормозили, и в горящую избу захаживали.
А всё почему? Да потому, что мы до 1952 года ни в каких олимпиадах не участвовали. Брезговали. И здоровье берегли.

Подробнее...
Шура, запускайте Грудинина!..



Неожиданное для всей страны выдвижение коммунистами кандидатуры Павла Грудинина на пост президента – пожалуй, главный парадокс нынешней предвыборной кампании.
Народ любит сюрпризы, «ведётся» на них – это понятно и естественно. И вот, Грудинина выдвинули – народ позабавили.
А как на счет того, чтобы просчитать последствия? Нет, это, конечно, не дело рядового избирателя. Но те, чьё это дело, такого труда на себя не взяли. За это уже и расплачиваются, даже не дождавшись дня выборов.

Подробнее...
На двух стульях (из монологов юродивого)



Брат мой!
Все мы ждём тебя, но главное – мы ждём от тебя.
Ты сидишь на двух стульях, и это значит, что все мы сидим на двух стульях, что не сулит ничего хорошего.
Гораздо лучше гнаться за двумя зайцами. Хотя бы потому, что ты гонишься за ними, а не они за тобой. Пускай даже и не догонишь, в этим нет ничего плохого или обидного...

Подробнее...